Иван Грачев: «Потери наших с вами денег – порядка миллиарда долларов»

15.10.2018

Минфин РФ опубликовал прогноз по курсу рубля до 2035 года, один из базовых параметров которого – снижение цены нефти до $50 за баррель из-за конца эры углеводородов. Главный научный сотрудник Центрального экономико-математического института РАН, экс-депутат Госдумы РФ, доктор экономических наук Иван Грачев считает такой прогноз гарантированно неверным. А такие прогнозы порождают и гарантированно неверные управленческие решения, например вложение средств в возобновляемые источники энергии.

Гендиректор «Роснано» Анатолий Чубайс активно лоббирует возобновляемые источники энергии – ветровую и солнечную

ОПЯТЬ ПРО НИЗКИЕ ЦЕНЫ НА НЕФТЬ ИЗ-ЗА КОНЦА ЭРЫ УГЛЕВОДОРОДОВ

На прошедшей недавно в Москве Российской энергетической неделе гендиректор «Роснано» Анатолий Чубайс вновь активно лоббировал возобновляемые источники энергии (ВИЭ) – ветровую и солнечную. Его поддержал и первый замминистра энергетики РФ Алексей Текслер. Правительство в стиле «мартышка и очки» планирует значимо наращивать долю ветряных мельниц и «солнечных зайчиков» в энергобалансе страны. В сочетании с чубайсячьим маржинальным ценообразованием это гарантирует рост цен на электричество в геометрической прогрессии. Оценочный темп роста – 15% в год. Разумеется, чиновники не могут прямо заявить о неизбежном ограблении. И... «в интересах людей» предложили трюк с соцнормативами на энергию, о чем я писал в своем прошлом блоге.

К моему глубокому сожалению, число верующих в «солнечные зайчики» и ветряные мельницы как в основы промышленной энергетики велико не только среди моих просвещенных читателей, но и среди лиц, принимающих решения за страну. В частности, минфин РФ опубликовал совершенно фантастический прогноз по курсу рубля до 2035 года, одним из базовых параметров которого будет снижение цены нефти до $50 за бочку. Такие гарантированно неверные прогнозы порождают гарантированно неверные управленческие решения. Например, в Думу внесен трехлетний бюджет, по которому, наконец, признается двухтриллионный профицит. Но направляется он опять не людям и не в инфраструктуру, а все туда же, на Запад. Не буду повторять про корысть и глупость, но из аргументов, претендующих на научность, – опять низкие цены на нефть из-за конца эры углеводородов.

У меня нет надежды, что недоучки из финансово-экономического блока и большинство моих просвещенных читателей когда-нибудь прочитают подробный анализ бесперспективности альтернативной энергетики на солнце и ветре, выполненный выдающимся физиком Петром Капицей. Свой концептуальный доклад, в котором исходя из базовых физических принципов, по существу, похоронил все виды «альтернативной энергии», за исключением управляемого термоядерного синтеза, академик Капица сделал на научной сессии, посвященной 250-летию Академии наук СССР, 8 октября 1975 года. Тремя годами позже он был удостоен Нобелевской премии по физике.

«НУЖНО ПОСТРОИТЬ ВДОЛЬ ЭКВАТОРА СПЛОШНУЮ ПОЛОСУ СОЛНЕЧНЫХ БАТАРЕЙ ШИРИНОЙ 50–60 КИЛОМЕТРОВ»

Соображения академика Капицы в переводе на интернет-язык сводятся к следующему:

Какой бы источник энергии ни рассматривать, его можно охарактеризовать двумя параметрами: плотностью энергии (то есть ее количеством в единице объема)  и скоростью ее передачи (распространения). Произведение этих величин есть максимальная мощность, которую можно получить с единицы поверхности, используя энергию данного вида. А для того, чтобы заменить солнечной энергией источники ископаемого топлива, нужно построить вдоль всей сухопутной части экватора сплошную полосу солнечных батарей шириной 50–60 километров. Совершенно очевидно, что подобный проект в обозримом будущем не может быть реализован ни по техническим, ни по финансовым, ни по политическим причинам.

Сейчас также идет обсуждение вопроса использования геотермальной энергии. Как известно, в некоторых местах мира на земной поверхности, где имеется вулканическая деятельность, это успешно осуществляется, правда, в небольших масштабах. Преимущество этого метода для энергетики больших мощностей, несомненно, очень велико, энергетические запасы здесь неистощимы, и, в отличие от солнечной энергии, которая имеет колебания не только суточные, но и в зависимости от времен года и от погоды, геотермальная энергия может генерироваться непрерывно. Еще в начале этого века гениальным изобретателем современной паровой турбины Чарльзом Парсонсом разрабатывался конкретный проект использования этой энергии. Конечно, он не мог предвидеть тех масштабов, которых достигнет энергетика теперь, и его проект имеет только исторический интерес.

Современный подход к этой проблеме основывается на том, что в любом месте земной коры на глубине в 10–15 км достигается температура в несколько сот градусов, достаточная для получения пара и генерирования энергии с хорошим КПД. При осуществлении этого проекта на практике мы опять наталкиваемся на ограничения, связанные с плотностью потока энергии. Как известно, теплопроводность горных пород очень мала. Поэтому при существующих внутри Земли градиентах температур для подвода необходимого тепла нужны очень большие площади, что весьма трудно выполнимо на глубине в 10–15 километров. Вот почему возможность нагрева необходимого количества воды сомнительна.

Кроме солнечной и геотермальной энергий, не истощающих запасы, есть еще гидроэнергия, получаемая при запруживании рек и при использовании морских приливов. Накопленную таким образом гравитационную энергию воды можно весьма эффективно превращать в механическую. Сейчас в энергетическом балансе использование гидроэнергии составляет не более 5%, и, к сожалению, дальнейшего увеличения не приходится ждать. Это связано с тем, что запруживание рек оказывается рентабельным только в горных местах, когда на единицу площади водохранилища имеется большая потенциальная энергия. Запруживание рек с подъемом воды на небольшую высоту обычно экономически не оправдывает себя, в особенности когда это связано с затоплением плодородной земли, так как приносимый ею урожай оказывается значительно более ценным, чем получаемая энергия. Опять тот же недостаток плотности потока энергии.

Использование ветра, также из-за недостаточной плотности энергетического потока, оказывается экономически неоправданным. Конечно, использование солнечной энергии, малых водяных потоков, ветряков часто может быть полезным для бытовых нужд в небольших масштабах.

Противоположный пример — топливные элементы, где происходит прямое превращение химической энергии окисления водорода в электроэнергию. Здесь плотность энергии велика, высока и эффективность такого преобразования, достигающая 70 и более процентов. Зато крайне мала скорость ее передачи, ограниченная очень низкой скоростью диффузии ионов в электролитах. В результате плотность потока энергии оказывается примерно такой же, как и для солнечной энергии.

Капица писал: «На практике плотность потока энергии очень мала, и с квадратного метра электрода можно снимать только 200 ватт. Для 100 мегаватт мощности рабочая площадь электродов достигает квадратного километра, и нет надежды, что капитальные затраты на построение такой электростанции оправдаются генерируемой ею энергией».

Значит, топливные элементы можно использовать только там, где не нужны большие мощности. Но для макроэнергетики они бесполезны.

Для рафинированных практиков в таблице №1 статьи в журнале «Бурение и нефть» представлены наиболее солидные из известных прогнозы мирового энергетического баланса до 2040 года. Они дают всей альтернативной энергетике, включая солнце и ветер, проценты, далекие от экономического уровня значимости.

ПОТЕРИ ФЕДЕРАЛЬНОГО БЮДЖЕТА НА ДВА ПОРЯДКА КАТАСТРОФИЧНЕЙ

Наше правительство повторяет ошибки стран, закладывающих в бюджет развитие некоторых видов альтернативной энергии. Думаю, для практиков важно знать объективную реальность, например, в США и Германии. Солнечная энергетика в США (самой развитой научно-технологической стране) на уровне 1–2%; от баланса ветра – чуть больше. В результате при очень плохой модели энергорынка микст-цена киловатт-часа составляет примерно 10 центов.  

В Германии, по утверждению продавцов «альтернативы», ее доля в электрогенерации – около 20% В результате обычный бюргер, который непрерывно ищет на рынке наилучший вариант, платит в среднем чуть выше 30 центов (по-нашему 25 рублей за киловатт-час). Почему так получается, легко узнать на больших немецких энергоконференциях, где присутствуют все генераторы и покупатели энергии. Последний раз я был на такой примерно в 2015 году. Обычные угольные станции имели тогда себестоимость киловатт-часа 2–3 евроцента, а лучшие солнечные, без учета необходимости их дублирования, укладывались в 22 евроцента, среднее время годовой работы солнечных станций составляло 22–28%, то есть их надо либо стопроцентно дублировать тепловыми, либо строить в 8 раз больше (так как КПД крупных аккумулирующих систем типа ГАЭС сильно меньше 50%). При этом цена строительства больших мощностей в пересчете на пиковый киловатт примерно равная.

Ветровые станции отрабатывают примерно треть годового времени, соответственно, их экономические показатели процентов на 20 лучше, чем у солнечных, но все равно во много раз хуже тепловых.

Я уделил так много внимания этой проблеме, потому что на основе совершенно неверных прогнозов о будущем углеводородов и альтернатив принимаются касающиеся всех нас катастрофические решения. Для любого обывателя самое понятное – это вложения Сбербанка и «Роснано» в заводы по производству чистого кремния для солнечных панелей. Спрос и цены, рассчитанные исходя из аксиомы о конце углеводородной эры, оказались (в строгом соответствии с вышеизложенным) чистейшей утопией. Потери наших с вами денег – порядка $1 миллиарда. Потери федерального бюджета не так заметны, но на два порядка катастрофичней.

Источник: Подробнее на «БИЗНЕС Online»: https://www.business-gazeta.ru/article/398795






Copyright © 2003-2018
Обнаружили ошибку? Выделите слово или предложение и нажмите CTRL+ENTER
Яндекс цитирования